August 5th, 2014

ПОДКИДНОЙ ДУРАК № 14

После начала кризиса глобальная ориентация мировой политики мгновенно изменилась.
Соединенные Штаты Америки из доминирующего лидера, победителя в «холодной войне», диктующего свою волю и определяющего правила международного общежития в новом однополярном мире, превратились в жертву катастрофы, обращающуюся за поддержкой к своим кредиторам. А они думают, что лучше – помочь своему должнику в надежде когда-нибудь вернуть хотя бы часть своих денег, или же, бросив клич «Спасайся кто может!», оставить его на произвол судьбы и защищаться от последствий его банкротства индивидуальными протекционистскими мерами.
О мечтах республиканцев на восстановление конфронтационных мифов и доминантной роли США как предводителя «нового крестового похода» против России нужно было просто забыть. В данной ситуации могли победить только демократы, с их программными установками на государственное регулирование и социальную поддержку населения. Страна сразу вспомнила спасителя нации – Ф.Д.Рузвельта. Джон Маккейн мог бы и не участвовать в выборах – его участь была предрешена. В крупнейших штатах, дающих основную часть выборщиков, таких как Нью-Йорк и Калифорния, 4 ноября он набрал вдвое меньше голосов, чем его противник – Барак Хуссейн Обама. Общее соотношение в коллегии выборщиков также было рекордным и беспрецедентным в американской истории (365 за демократов и 173 на республиканцев). Напомним, что уходящий глава республиканской администрации – Джордж Буш-младший, пришел к власти после пересчета голосов, опередив своего противника на 0,009% голосов избирателей Флориды, давшим ему перевес в 5 голосов выборщиков.

Глобальная история, сменив вектор, начала уже жить другими датами.
14 ноября, уже после выборов в США, но с участием еще не передавшего бразды правления победителю президента Буша-младшего, в Вашингтоне состоялся т.н. «Антикризисный саммит» Большой двадцатки. Накануне начала саммита, на неофициальном ужине, действующий президент США в форме тоста проговорил призыв Америки к лидерам стран с наиболее развитой экономикой: «Страны должны отвергнуть призывы к протекционизму, коллективизму и пораженчеству перед лицом брошенного нам сегодня вызова». А за его спиной, улыбаясь, сидел главный герой банкета – министр финансов США Генри Мэррит Полсон, спаситель американской экономики.
Как только проявились первые признаки кризисного обвала Полсон представил Конгрессу США свой знаменитый план выхода из кризиса. План был прост, как проста была и логика Полсона – профессионального инвест-менеджера, бывшего председателя крупнейшего в мире инвестиционного банка Goldman Sachs. По этому плану Федеральная резервная система должна эмитировать, а специально создаваемое Управление финансовой стабильности – вбросить в экономику фантастическое количество денежных средств (в сентябре – 700 миллиардов долларов, в ноябре – еще 800 миллиардов и т.д.). На эти средства должны выкупаться у банков, инвестиционных компаний и ипотечных агентств «плохие», т.е. практически невозвратные кредиты, что спасало их от неминуемого банкротства. Полученные же деньги эти организации должны были инвестировать в экономику, придав ей импульсы развития.
Подобного рода финансовая политика будет проводиться и позднее, при президенте Обаме, под нейтральным названием «количественное смягчение».
Но эти меры были возможны только при одном условии – если доллар не рухнет, не превратится в простую бумажку, что при подобных объемах ничем не обеспеченной эмиссии было практически неизбежно для любой страны. Для любой, кроме США. Американцы вполне могли применить подобную финансовую политику, но при условии, что все страны, приобретавшие ранее долговые обязательства самих США, продолжали бы их спокойно держать, не предъявляя к оплате. А также – что сохранялась бы привязка всей мировой торговли к доллару, установленная еще в 1944 году Бреттон-Вудским соглашением и действующая сейчас, после снятия США с себя обязательств по свободному обмену долларов на золото по фиксированному курсу и начала неконтролируемой странами-участниками эмиссии, просто по инерции за неимением других механизмов международных расчетов. Чтобы было понятно, о чем идет речь, достаточно сказать, что, скажем, поставки российского газа на Украину, оплаты которых российская сторона так долго ждет, могут оплачиваться украинской стороной только в долларах и только через уполномоченный американский банк.
Таким образом, США действительно могли выйти из кризиса малой кровью – путем выброса в экономику триллионов долларов, не обеспеченных ничем, кроме терпения кредиторов и приверженности участников международных платежей бреттон-вудским стандартам. Но при одном условии – если прочие экономически развитые страны на это согласятся.
Антикризисный саммит 2008 года закончился ничем. А о чем можно договариваться с уходящим президентов и его министром финансов, которым осталось лишь пара месяцев пребывания на их постах? Это уже были не лидеры великой страны, а «хромые утки»… Главы мировых держав разъехались по домам, озадаченные и задумавшиеся – каков их интерес в спасении Соединенных Штатов Америки? И нужно ли им это? Следующая их встреча была назначена уже на апрель 2009 года. А пока все начали активно закрывать свои рынки и, по примеру Полсона, вливать в финансовую систему своих стран резервные финансовые средства.
Что касается России, то реального выбора – спасать или не спасать Америку – у нее просто не было. Само население и сами финансовые учреждения страны проголосовали за США – все свободные средства и население и банки вкладывали в валюту, и прежде всего – в доллар. Пытаясь сдержать курс рубля Россия за месяц потеряла более четверти своих золото-валютных запасов и уже в ноябре сдалась и отпустила рубль, сразу же упавший по отношению к доллару на 40%. Российский фондовый рынок, упавший, не дожидаясь кризиса, еще в августе 2008 года, так и лежал на самом дне, ожидая пакетных инвесторов, большую часть которых всегда составляли американские инвестиционные фонды.
Поэтому реально у России не было никаких объективных интересов топить Америку, но была весьма актуальная задача достойно выйти из поражения в «грузинской партии» и восстановить свой «довоенный» статус в клубе мировых держав.
И это российскому руководству удалось сделать в результате мягкого шантажа и твердой репутации.
За полмесяца до очередного антикризисного саммита G20, проводимого на этот раз в Лондоне, на сайте президента Медведева появился весьма интересный материал «Предложения Российской Федерации к саммиту «Группы двадцати» в Лондоне (апрель 2009 года)». И среди других, вполне нейтральных, пунктов и предложений явным образом выделялось следующее: «Подготовить исследования сценариев реформирования международной валютно-финансовой системы, имея в виду расширение перечня валют, используемых в качестве резервных, или создание наднациональной резервной валюты, эмиссия которой будет осуществляться международными финансовыми институтами».
Это был удар ниже пояса. Реализация этого предложения означала бы смерть доллара как мировой резервной валюты и средства межгосударственных платежей. Экономика США в результате бы мгновенного рухнула, в лучшем случае – в форме национального дефолта, а вместе с нею – и вся ныне существующая система мировой торговли, кредитования и золото-валютного накопления. Все это понимали, это понимала и Россия, но, сидя на этом суку, она спокойно показывала всем ножовку и как бы приговаривала: «Раз я такой заядлый оккупант и подлый захватчик чужих земель, недостойный партнер и первый кандидат на роль «врага цивилизованного мира», то что я потеряю, перепилив этот сук?...Или вам есть, что мне предложить взамен на лояльность к «долларовому стандарту?».
Посыл России был услышан и совершенно правильно понят. На саммите в Лондоне российский президент стоял уже не с краю, рядом с дамой из Бразилии, а в самом центре, бок о бок с Обамой. Как позже выяснилось, спасибо Эдварду Сноудену, американскими спецслужбами на этом саммите осуществлялась тотальная прослушка в отношении президента России, а также – руководителей делегаций Турции и ЮАР, с которыми он успел кулуарно обсудить свои предложения.

Америка все поняла и адекватно отреагировала. Игорный дом, где проводились партии в «подкидного дурака» с Россией, на какое-то время просто закрылся. Или был закрыт, скажем – на проветривание. Новый президент США Обама предложил России программу «перезагрузки» двусторонних отношений, в рамках которой «как бы» забывались все взаимные козни и претензии. После вполне дружеского визита новоизбранного президента США в Москву (июль 2009 года) была создана «Российско-американская двусторонняя Президентская комиссия» (более известная как «комиссия Медведева-Обамы»), призванная содействовать улучшению связей и сотрудничества между правительствами России и США. Президенты объявили, что работу комиссии будут координировать государственный секретарь США Хиллари Клинтон и министр иностранных дел России Сергей Лавров. На глазах у изумленной и одновременно – обрадованной общественности Клинтон и Лавров одновременно нажали на большую красную кнопку, символизирующую начало «перезагрузки» и конец политике конфронтации. Для демонстрации России своих добрый намерений и в знак невозможности возврата к прежней политике подготовки «стран-болванов» для конфронтационных игр США в 2009 году даже пошли на временное понижение уровня дипломатических отношений с Грузией и Украиной.

Результаты прошедшей игры с «грузинским болваном» были полностью аннулированы. Вопрос о вступлении Грузии в НАТО был отодвинут за пределы обозримой перспективы, туда же отправился и план присоединения Грузии к Евросоюзу. Грузии выделили материальную помощь (США – один миллиард долларов, а объединенная Европа – 4 с половиной миллиарда, но частями в течение двух лет), пообещали содействовать инвестициям в грузинскую экономику и расширению благоприятного доступа для грузинского экспорта на американский и европейские рынки. Американцы обязались за пять лет полностью восстановить военную инфраструктуру Грузии. Очевидно они это сделали, но сообщений об этом нет, поскольку грузинская военная инфраструктура больше никого не волнует. Игра ушла на другие поля. А бывшего президента Саакашвили, скрывающегося ныне в США, судебные органы его страны уже заочно арестовали и объявили в международный розыск.
Многосторонние консультации по безопасности и стабильности в Закавказье, все-таки начатые, согласно договоренности, 15 октября 2008 года, так до сих пор и продолжаются в Женеве. В этом году состоялся их очередной 27-й раунд – собрались, поговорили, не сошлись во мнениях, разъехались по домам. И они никогда не прекратятся, поскольку для дипломатических представителей Абхазии и Южной Осетии это практические единственный международный форум, на который их приглашают на правах равноправных участников, а не мальчиков для битья. Для профильных же заместителей министров иностранных дел России и Грузии также полезно иногда встречаться на нейтральной территории, тем более – в Женеве.
Российские войска так и остались в Абхазии и Южной Осетии, самостоятельность которых вполне успешно функционирует в режиме т.н. «кипрского сценария» Особо хорошего тут ничего нет, но обстрелы и провокации практически прекратились. Абхазия уже восстановила свой курортный статус и такие слова как Гагры, Пицунда, Сухуми, Новый Афон, озеро Рица перестали, наконец, ассоциироваться с войной и разрухой.
Все угрозы и организационные ограничения участия России в международных организациях также на время были забыты. «Большая восьмерка» так таковой и осталась, расширение состава СБ ООН с отменой права вето отложили до лучших времен. Россию даже приняли в Всемирную Торговую Организацию, правда – только в 2011 году, но зато весьма символично: под давлением Евросоюза последним из членов ВТО соглашение о приеме России подписала именно Грузия.

И все же в 2008 году Россия проиграла. И стоит, не поддаваясь ложному чувству эйфории по поводу случайно обретенной отсрочки тотального проигрыша в большой игре, спокойно проанализировать те горькие уроки, которые российское политическое руководство получило по итогам «грузинской партии».

Продолжение следует …