Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

ПСИХОАНАЛИЗ СЕГОДНЯ И ЗАВТРА – ВТОРАЯ ТАБЛЕТКА ОЧУХАНА…



Коллеги, работающие вместе со мною над обновлением ресурсного потенциала практического психоанализа и участвующие в сериях соответствующих вебинаров, вчера, очевидно, были разочарованы – я перенес плановый апрельский блок, который должен был начаться завтра, на конец мая.
Наши онлайн-тренинги персональной психоаналитичности пройдут по графику, а вот с разговором о новациях в психоаналитической практике я решил повременить, взять небольшой тайм-аут для дополнительной концептуальной и методической проработки предлагаемых мною идей.

Тем более, что речь на этот раз пойдет (так уж вышло) именно о той проблематике, которая сегодня массово проявилась и крайним образом обострилась.
О работе с разрушительными желаниями и аффектами, формируемыми на самой дальней периферии индивидуальной психики, в потусторонней зоне по отношению даже к принципу удовольствия.
О работе с дефектами психики, вызванными непосредственным соприкосновением с первичными позывами Бессознательного.
О работе в ситуации уже не травмы, и даже уже не кризиса (травма и кризис в данной ситуации – это про нас – психоаналитиков и психотерапевтов, а не про наших клиентов, про необходимость быстро перестроиться, забыть о том, чему мы научились ранее и работать по-новому в новой реальности с новым материалом).
А о работе в условиях Катастрофы… Именно так я обозначаю происходящее с нашими реальными и потенциальными клиентами. У них исчезла жизненная опора, иллюзии обыденности развеялись как дым. Применяя метафору Станислава Лема, можно сказать, что они внезапно и не по своей воле приняли таблетку «очухана» и пережили предельно разрушительный инсайт – вся жизнь, в которой они жили, в стабильность которой верили, в контексте которой думали о своем будущем и будущем своих детей, оказалась фикцией, которая рухнула в одночасье.
Что же произошло? Вирус напал? Нет, не в этом дело. Просто основная масса людей превысила допустимую для них дозу индивидуации и рухнула в регрессию под давлением собственного «Я», внезапно ставшего источником угрозы. Так получилось, пожалуй что и случайно, что именно в контексте истории с очередным коронавирусом люди получили ужасающей силы информационный удар по главной уязвимости Я-центрированной психики – переживанию собственной конечности, смертности. И не смогли на этот раз выдержать этого удара. В Китае, Корее, Сингапуре, Индии – смогли, там Я-центрированность не выражена, а Смерть обыденна, приручена. А вот вся зона европейской цивилизации, давно уже отказавшейся к тому же от христианства как последней подпорки от подобного рода угрозы,  рухнула в одночасье.

Точнее говоря, в массе своей люди еще не пережили этого инсайта; они живут пока в предпсихотических и психотических защитах отрицания реальности происходящего.
В массе своей они регрессировали на уровень раннего младенческого опыта и первобытной архаики, отключили Я-активность и растворились в воле первичной, не расчлененной, родительской инстанции. Этот коллективный трансфер, подкрепляемый жесткими запретами и лишениями, как мы с вами знаем поможет им даже в изоляции не разрушится психически, а войти в режим массообразования и пережить эту Катастрофу в режиме кризиса, т.е. смены поведенческих реакций, а также – моделей их переживания и объяснения. В нынешнем состоянии, когда они предельно фобийны и внушаемы, все это им навязывается извне, а дальше они будут жить уже в новом типе организуемой для них социальности в режиме устойчивого постгипнотического внушения (постоянно обновляемого средствами СМИ).

Но это не наши потенциальные клиенты. Им надо адаптироваться к новым иллюзиям, отрабатывать навыки веры в них и формировать новые условные рефлексы как «реакции эффективного поведения». Нам тут делать нечего, тут поле деятельности последователей Уотсона и Павлова, той же КПТ, к примеру.
Нашим же клиентам не комфортно в состоянии даже столь глубинной регрессии – к психике пещерного дикаря и младенца. Их «Я» устойчиво и неразрушимо, они даже в ситуации нынешнего наведенного защитного транса (я называю его «искусственной комой индивидуальной психики») все равно переживают ужас столкновения с Реальным, все равно ощущают ледяное дуновение страха Смерти и не могут успокоиться и вместе со всеми созревать для принятия новых защитных иллюзий, в настоящее время в экстренном порядке подготавливаемых (социум сегодня, как я уже писал, напоминает телепрограмму «Квартирный вопрос», где жителей на время отселили и быстро все переделывают по новому дизайнерскому проекту).

Вот об этом – как психоаналитически работать с этим новым типом клиентов и новым типом проблематики – мы и поговорим в конце мая. Я предложу вам описание особого жанра аналитической сессии – «проживание единственного дня». Тут будет и особый сеттинг, и особые требования к отбору клиентов, особый тип организации рабочего альянса и аналитического пространства.
Предложу и то, что называю «второй таблеткой очухана». Ведь если прошлый тип реальности рухнул в совокупности всех своих иллюзий, а социум в режиме «готовности к чрезвычайной ситуации» переходит на резервный уровень, то и нам, как творцам и трансляторам терапевтических иллюзий более глубинного уровня, следует этот более глубинный уровень расконсервировать (у Фрейда к счастью он описан, но в психоаналитической практике пока не применялся за ненадобностью) и обустроить в качестве убежища для своих подопечных.

Вы спросите – а как же сказки? Мы ведь собирались использовать в интерпретациях и интервенциях русские народные сказки, в особенности – сказки первичной серии…
Куда же без сказок… Но они ведь именно об этом, нужно только раскрыть их потенциал и отыграть его. И тогда Колобок поведет нас по дороге к собственной Смерти, а Золотое Яйцо наконец-то раскроется и породит…
Но это уже спойлеры. Жду всех на этом цикле в конце мая. И тех, кто уже прошел два первых этапа курса практического психоанализа, и тех, кто готов к нам присоединиться на данном этапе.
Где записываться на мои курсы, все уже знают, но на всякий случай напомню -
https://spbanalytic.ru/kurs-prakticheskogo-psihoanaliza-uroven-1-skazochnye-matritsy-chelovecheskogo-bessoznatelnogo-teoriya-metodika-i-tehnika-ispolzovaniya-skazochnogo-materiala-v-psihoanaliticheskoj-praktike/

ИЗ ЗАПИСОК ВИРУСА-КВАРТИРУСА: «КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС» И РЕНОВАЦИЯ РЕАЛЬНОСТИ



Давно уже чувствовал, что происходящее с нами сегодня что-то сне смутно, но с постепенно усиливающейся ясностью, напоминает. Что-то очень похожее и по общему сюжету, и по ролевым деталям.
А сегодня вспомнил – да это же телевизионная передача «Квартирный вопрос»!
Нас на время отселили из той обыденной реальности, в которой мы привычно жили, и начали в ней проводить капитальный ремонт, можно даже сказать – реновационную перестройку.

А потом нас запустят в этот обновленный и радикально преобразившийся мир и лукаво спросят: ну как вам, нравится? И мы будем делать вид, что – да, мол, очень нравится… Но только где же все наше? Вот тут стоял шкаф, а тут – диван… А все ваше, прости господи, уже на помойке. Зато смотрите – какое дизайнерское решение, какие новые объемы, какая атмосфера… Как все стало удобно и светло, никаких пятен и темных уголков.

Но этот шок неузнавания «нового и дивного мира» у нас еще впереди. К нему, кстати, непросто будет привыкнуть. Ведь это мир, где вышедших погулять старух будут мгновенно забирать в участок, а человека, выехавшего из дому на работу и отклонившегося от согласованного с властями и утвержденного ими маршрута, будет штрафовать каждая камера (как на днях с гордостью сообщил нам московский мэр).

А пока мы еще в предвкушении сюрприза, хотелось бы знать: а по замыслу какого дизайнера весь этот глобальный «раскордаж» проводится? Я понимаю, что дизайнерский проект увидеть нельзя, иначе сюрприза не будет. Но может быть хотя бы стиль нашей будущей жизни можно прояснить? Хотя бы в общих чертах… То, что это будем мобилизационная экономика военного типа, уже понятно. И то, что «социальное государство» переходит в «лайт» режим – тоже. Но это – несущие конструкции, а обои какие будут: в цветочек или же сразу в крестик?...

Прочитав это вы скажете – к чему все эти метафоры? Конкретно-то что нам делать?
Пока ничего, даже бороться бессмысленно, не понимая – а против чего?

Пожалуй, желать нужно сейчас только одно – пытаться выбраться живым и здоровым из кошмара этих «антивирусных» мероприятий.
Не буду изобретать велосипед. Мой новый знакомый по ФБ – Антон Несвицкий – дал нам всем вчера отличные советы по этому поводу:
«Я только удивляюсь людям, которые всерьез еще продолжают считать, что кто-то во всей этой вакханалии заботится об их здоровье и хочет их от чего-то защитить 😆
А вот зато посадить иммунитет - это точно получится. Для этого достаточно обеспечить человеку:
- малоподвижный образ жизни, в закрытом, плохо проветриваемом помещении,
- достаточно страха и нервотрепки (и причин для того в подобных условиях - масса),
- повод побольше жрать и бухать, причем в основном - не здоровое, конечно же, потому что при таких условиях многие либо начинают экономить от бедности, или просто перебарщивают с готовкой...
... И это прекрасный способ серьезно подорвать здоровье большинства заключенных. А как начнут снимать эти ограничения, все выйдут, и на ослабленный организм подцепят все вирусы, какие в природе найдут. И будет всерьез уже больниц не хватать, а не вот эти все фейковые картинки с гробами...
Так что, если вам самим дорого здоровье и вы не хотите им заплатить за игрища политиков - выбирайтесь как можете, куда можете и несмотря на. Ваше здоровье в этом мире никому не сдалось, кроме вас самих».

Вот такой совет. И я с ним полностью согласен… Выбирайтесь, куда можете, дышите и нагружайте мышцы… И не бойтесь, страшнее разрушенного заключением здоровья нет ничего. Тем более, что даже преступникам в заключении положены прогулки. А мы с вами не преступники. Или по крайней мере нам еще не предъявили обвинения, сидим пока что предварительно…

ИСКУССТВО ПАДАТЬ ВПЕРЕД

Есть такой старый телесный тренинг, ориентированный на эффективную прокачку «командного духа» в тимбилдинге, когда участники команды поочередно падают назад, доверяя другому участнику, невидимо стоящему сзади, себя подхватить и не дать упасть.
На таком доверии и вправду многое строится в человеческих отношениях, если вообще не все. Мало ли кто или что столкнется с нами и толкнет нас с неодолимой силой; толкнет, а сзади дружеские руки подхватят и помогут устоять на ногах.
И вот нас всех сегодня толкнула странная маленькая гадость. Даже не толкнула, а как бы может толкнуть. Говорят… И гадость какая-то непонятная, маленькая и вылезшая из летучей мыши; сила ее толчка пока что непредсказуема. Услышав о ней, мы лишь пожали плечами. Не проблема, мол, за нашей спиной сильные руки государственной, корпоративной, научной и медицинской поддержки. Мы вместе, мы заодно, мы большие и сильные, что нам эта мелкая мышиная дрянь, которая сама по себе, без мыши или без нас, и нескольких часов не протянет. Да и китайцы, наши бывшие как бы младшие братья (забуревшие ныне, но все же – родня), не упали, столкнувшись с этой гадостью, а были подхвачены жесткими, но заботливыми руками.

А вот мы – упали… Точнее не упали даже, а прилегли, оглянувшись в панике и не увидев за своей спиной никого и ничего. Даже той соломки, о которой нам так часто говорили.
А все, что там должно было быть, разговаривает нынче с нами из защищенного бункера и увещевает: «ну вы посидите пока что дома, а лучше – полежите. Ничем больше помочь не можем, разве что загоним обратно домой, если вдруг захотите выйти. Нет у нас потребной вам медицины, нет системы социальной поддержки, не будет пока и поддержки финансовой, но вы держитесь. Могли бы вас поддержать корпоративная и религиозная поддержки, но опять же – нет, это мы запрещаем. Уповать вы должны только на «социальное государство», даже если его в наличии пока не оказалось. Ничего – терпите, ждите и надейтесь. Мы постоянно думаем о вас, а конкуренты нам не нужны. Сидите дома и уповайте, в нужное время вас оповестят. О чем? Когда оповестят, тогда и узнаете…

Что тут скажешь? Можно, конечно, немного и полежать… Полежать и подумать – а где ты прокололся, где и как подставился, посаженный под все ужесточающийся домашний арест людьми, которым не в полной мере, но доверял. Москвичи, наше воплощенное будущее, стремительно прорываются к тотальному контролю над ними со стороны «борцов с профилактикой коронавируса, обеспечивающих режим повышенной готовности на территории, где существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации», сели уже капитально, с системой видеоконтроля и пропусков для кратковременных прогулок. У нас это еще впереди, но перспектива понятна. Как понятно и то, что никакой вирус такого шухера вызвать не может. Не может даже та бактериальная пневмония, которая ныне опасно активизировалась по стране. Ведь все эти меры сверхконтроля готовились заранее, не за последние же месяцы в Москве 200 000 видеокамер установили и подключили к единой системе контроля и распознавания лиц.
А потом нужно сесть… Сесть за компьютер и выяснить обстановку в стране и в мире. Разобраться с природой этого коронавируса, определить стратегию общения с ним. Разобраться с формой этого общения у себя и своих близких (переболел уже, болею или же только готовлюсь его в себя принять и укротить). И вести себя соответственно: переболел – лечи осложнения и делись плазмой крови; болеешь – изолируйся на пару недель и поддерживай себя медикоментозно, ориентируясь на симптомы; готовишься к встрече с вирусом – укрепляй иммунитет. Проследи, чтобы так же вели себя и твои близкие, помоги им в этом. Если есть в семье реально пожилые люди (называемый рубеж 65-летней обреченности смешон, это ныне в норме – средний возраст) и хронические больные – спрячь их и заботься о них. Пусках и вправду изолируются и ждут, когда мы все переболеем и окружим их живой стеной коллективного иммунитета.
Потом можно и встать… Встать, осмотреться, оценить ресурсы и задачи. Засунуть все липкие страхи обратно в телевизор и выключить его навсегда. Теперь, когда бывшее «социальное государство» превратилось в надсмотрщика, все более активно штрафующего (пока еще только штрафующего, но еще не вечер) только за то, что ты недостаточно боишься, надеяться больше не на что и не на кого. Каждый теперь за себя и за своих близких.

Встань и научись падать вперед. Т.е. шагни… И в прямом смысле – сейчас нужно как можно больше двигаться и гулять, и в переносном. Пройди тест на антитела, если еще не переболел,  не имеешь опасных патологий и уверен в своем иммунитете – переболей, пересиди карантин и снова оттестируйся на антитела. Подтверди документально тот факт, что к этому безумию ты больше никакого отношения не имеешь.
А потом, научившись шагать вперед и самостоятельно, начинай искать себе подобных. Т.е. людей переболевших и не боящихся, не зараженных липкой изоляционной ложью, которым не нужны пропуска и которым не нужно отворачиваться от камер. Которые готовы помочь тяжелобольным своей целебной кровью, но больше ничем этой системе тотального контроля и (само)устрашения не обязаны.
Будем общаться и объединяться. Как, когда и зачем – решим сами. Если бы с ума сошла одна страна, можно было бы уехать. Но когда весь мир свихнулся от страха перед вроде бы простой мыслью о ситуативной смертности (типа да – в России от вируса погибло менее 3 человек на миллион жителей, ну а если среди этих двух был бы ты или твои близкие!!! ААААА!!!!!), то жить придется среди этого кошмара. Жить по возможности нормально и жить по возможности публично нормально. Ведь только так их всех можно вылечить от коронафобии: просто и спокойно живя там, где они придумали для себя зону смертельной опасности.
Пройдет страх, придет понимание, и они пойдут по нашему пути (см. выше). И все у нас с ними будет нормально, а со временем может быть даже и хорошо. И вожди сверхконтроля, увидев это, откатят назад, заявят, что это была лишь тестовая проверка систем нашей же защиты на всякий пожарный случай. А вдруг когда-нибудь и вправду серьезная угроза нагрянет.
И мы как бы им поверим, тут без вариантов. Хотя осадочек все равно останется…
А доверчиво падать назад, увы, мы больше никогда не будем.
Только вперед!

ИЗ ЗАПИСОК ВИРУСА-КВАРТИРУСА: А ЗАЧЕМ МЫ ОСТАЕМСЯ ДОМА?



Давненько я ничего не публиковал в этой серии… И повода не было, и информационный фон был стабилен, и те выводы, к которым я пришел за период двухнедельного карантина, который добросовестно прошел, вернувшись в конце марта в Россию, выводы поначалу парадоксальные и почти всеми «добровольными сидельцами» отвергаемые, ныне превратились в трюизмы.
Я имею в виду свои утверждения о том, что только массовая (не менее 70 процентов популяции, ведь мы, опустив «марлевые занавесы» и начав строить внутристрановые стены, из сообщества людей очень быстро превратились в популяцию биологических особей) инфицированность при целевой защите групп риска способна погасить эту вирусную инфекцию. И чем быстрее это случится (с учетом возможности системы здравоохранения), тем лучше. Ведь затягивание процесса до осени (о чем уже начали поговаривать) чревато плавным вхождением в осенний сезон общения с новыми штаммами, что сделает карантинную ситуацию патовой. Ведь карантины всегда, когда с нами начинал общаться очередной вирусный штамм, до сей поры объявлялись до периода, когда все переболеют в той или иной форме и эпидемия пойдет на спад.
Мы даже узнали, наконец, причину столь высокой смертности в Италии, где тестируют не живых, а уже мертвых, и вне зависимости от причины смерти пишут в заключении очень хитрую фразу – «смерть с короновирусом». Мы узнали данные достоверной массовой выборки в Германии – 15 процентов инфицированных с иммунитетом, подавляещее большинство – переболевших незаметно для себя и бессимптомно, итоговая цифра смертности от всех инфицированных – 0.37 процента. И исследователи утверждают, что по мере расширения выборки эта цифра имеет тенденцию к уменьшению. Узнали мы и о том, что промежуточная и все более и более скрываемая статистика говорит, что по всем странам, охваченным эпидемией, общее количество смертей и количество их по возрастным группам и группам заболеваний в этом году не превышает прошлые годы (а по ряду лет даже несколько ниже). Узнали, что в той же Швеции, которая до конца осталась на позиции здравого смысла, инфицированы уже около 50 процентов населения и эпидемия завершается (цифры смертности уже два дня уменьшаются в разы).

Сегодня благодаря Интернету и выступлению ведущих мировых иммунологов, вирусологов и инфекционистов все это стало само собой разумеющимся. И чего его не отключают, этот Интернет – ума не приложу; ведь так вроде просто взять эту сферу под госконтроль и предоставлять школьникам и студентам, а также – по мотивированному заявлению в налоговые органы – самозанятым и удаленщикам, еженедельно подтверждаемые пароли доступа; а для остальных – телевизор с перманентным слоганом «Сиди дома!». Слоган этот, правда, придуман не для всех; сегодня произошло четкое разделение всех трудящихся на три касты и произошло оно явно всерьез и надолго. Я имею в виде касту «нужных», труд которых реально нужен для страны и для поддержания жизни населения, касту «удаленных», реальный труд которых не нужен, но их витруальное присутствие может быть использовано для социально полезных целей и задач (или может быть вообще кому-то интересно и оплачиваемо) и касту «ненужных», без присутствия которых «на работе» (реального или виртуального) легко, как оказалось, можно обойтись. Но об этом подробнее поговорим в другой раз.
Все это стало всем очевидно, но тогда встает вопрос – а для чего мы сидим дома? Боимся, это понятно. Но чего именно? Ущерба для здоровья при выходе «наружу»? Это да… Телевизор и Интернет (может его именно поэтому пока не отключают?) на пару пугают нас целевыми материалами: о рефрижераторах для трупов и массовых захоронениях на пустырях в США, необратимыми последствиями для переболевших (разрушение легких, сердечно-сосудистой системы; один чиновник от медицины буквально позавчера договорился до того, что у инфицированных коронавирусом необратимо разрушается мозг).

Все нацелено на то, чтобы мы сидели дома на неопределенное время.

И вот теперь вопрос – а зачем?

Вы ответите – чтобы не заразиться и не заразить ненароком, не передать инфекцию…
А вы уверены?

Вчера пошли материалы о судебных решениях по административным обвинениях «нарушителей режима добровольной самоизоляции».
Вот один из них, но таких в Сети много - https://www.fontanka.ru/2020/04/10/69084145/?yrwinfo=1586745690784198-853893702470721724400237-prestable-app-host-sas-web-yp-126
И все суды оправдывают обвиняемых, осмелившихся гулять или куда-то поехать. И поясняют, что режим карантина вводится только под роспись для заболевших, лиц с ними контактироравших и для вернувшихся в Россию из «стран списка», где наличествует эпидемия COVID-19. Для всех же остальных, включая группы риска, режим самоизоляции официально носит рекомендательный характер и его нарушение никаким образом не наказуемо.

Вы понимаете ведь, да? Дома сидеть рекомендовано, но не обязательно. Выходить из дому не запрещено, причем – если вы не на официальном карантине или обсервации – не запрещено по любому поводу.
А что же запрещено?

Ответ парадоксален: односначно и строго сегодня запрещено только работать людям третьей касты – «ненужников».
Которых явным образом будут еще просеивать, отбирая нечто хотя бы частично нужное.
Но в основной массе, причем во всех странах, включая даже Россию, все более явно переводят на безусловный доход.
И явным образом поощряют их размножение...

Вот это уже интересно.
И это стоит обсудить…

ИЗ ЗАПИСОК ВИРУСА-КВАРТИРУСА: БЛАГАЯ ВЕСТЬ…




Сегодня питерский губернатор произнес привычную уже и пугающую фразу: Санкт-Петербург отстает от Москве по темпам инфицирования коронавирусом на две недели. Но цифры инфицированности растут, что очень тревожит…

Я бы тоже встревожился, но уже федеральные телеканалы ( и прежде всего «Россия-24», где вообще лгут о вирусе меньше других и чаще дают слово вменяемым экспертам) сообщили «россиянам»  известие, которое позволяет закончить фразу губернатора совершенно иначе: «и это очень радует!!!». И посетовать – опять эти москвичи все лучшее себе захапали…

Дело в том, что мировые информагентства в последние дни пестрят новостями:
«Министр здравоохранения Великобритании Мэтт Хэнкок заявил, что правительство рассматривает вопрос о выдаче специальных сертификатов людям, у которых развился иммунитет к коронавирусу, чтобы они могли вернуться к нормальной жизни».
«В Италии начинается тестирование буферных антител с возможностью скрининга повсюду: больницы, государственные и частные структуры, аптеки и пара-аптеки, чтобы выдать «паспорт иммунитета», позволяющий вернуться на работу».
«В Германии, где был зарегистрирован первый европейский случай заболевания, правительство планирует провести к концу апреля 100 тысяч серологических тестов, чтобы отследить распространение эпидемии и выявить всех, кто выработал антитела. Это необходимо будет повторять и в дальнейшем, чтобы понять, когда школы и вузы могут быть вновь открыты».
И т.д.

Человечество явным образом начинает делиться на две группы, одна из который будет расти (с разной скоростью в разных странах), а другая постепенно уменьшаться, пока не дойдет до цифры людей, которым смертельно опасно заражаться и даже вакцинироваться SARS-2, а если честно – то и прочими сезонными вирусами (пожилых людей, хронически больных, людей с легочными нарушениями, курильщиков на стадии необратимой деградации легких, и т.п.).

Переболевшие COVID-19 и сформировавшие иммунитет, при подтверждении у них антител, получат «паспорта иммунитета» и будут жить, как раньше – работать, учиться, гулять в лесах и парках, ходить в спортзалы, посещать кино и театры, сидеть в кафе и ресторанах, и т.д. Только им будут продавать билеты на самолеты, поезда и круизные лайнеры. Их будут брать на работу в приоритетном порядке…
Те же, кто решил не рисковать, будут сидеть дома и выходить «по нужде» не далее 100 метров от дому, чтобы купить продукты, вынести мусор и погулять с собакой. Их легко можно будет узнать по перчаткам и маскам на бледных лицах. По итогам этого разделения их станет относительно немного, не более 5-7 процентов населения, им все будут помогать, их все будут жалеть, их будут все сторониться.
Но большинство все же переболеет и вернется к полноценной жизни. Но только тогда, когда чиновникам в России, да и не только, дадут новый и прямо противоположный приказ.
А пока они делают все, чтобы в России как можно меньше людей вышли на свободу. Почему – не буду даже это обсуждать. Тут все прозрачно…
Но прозрачно уже и другое – при повороте мировой ситуации в сторону стратегии массовой инфицированности и выходу переболевших их зоны карантинных ограничений (а этим путем идут ныне, кроме Италии, Великобритании, Германии, Швеции и Греции еще и США) долго лгать населению о спасительности ВСЕОБЩЕГО карантина уже не получится.
И мене даже интересно – под каким соусом они станут менять свою политику на прямо противоположную и демонстративно радоваться каждому новому всплеску инфицированности (в пределах цифры, где тяжело заболевшим гарантирована медицинская поддержка) и гордо отчитывать о количестве отболевших людей, которые могут работать, учиться и нормально жить, не заражая никого и не заражаясь сами.

ИЗ ЗАПИСОК ВИРУСА-КВАРТИРУСА: ПОЛИТИКА ВЛАСТЕЙ КАК "АНТИВИРУСНЫЙ" ТРОЯН




Все, что я буду тут – в своем блоге – публиковать в серии «Из записок вируса-квартируса», не связано какой-то логикой и не преследует какой-либо цели.
Это просто «обрезки», по той или иной причине (чаще всего – по причине «неформатности») вырезанные из содержания подготовительных материалов к тем трем проектам, которые я сейчас одновременно (так уж получилось!) реализую: тренинга персональной психоаналитичности, где мы с группой настраиваемся на работу с новым – танатоидальным – типом динамики БСЗ-го, тренинга по практическому психоанализу, где мы описываем и отрабатываем новые типы психотерапевтических методик, и тренинга по новому пониманию фрейдовского теоретического наследия – «На кушетке у фрейдовских текстов», первый блок которого мы начинаем завтра и в который я с группой (или группами – как пойдет) буду ежедневно погружаться года два, не меньше, больно уж многое нам придется заново понять и/или переосмыслить.

Эти «обрезки» тоже важны и тоже актуальны. Более того, они касаются того понимания БСЗ-го как планетарного биоэволюционного регулятора, на котором и базируется тот тип психоанализа, запрос на который требует от нас сегодня от всех, кто в той или иной мере практикует психоанализ, быстрой и радикальной перестройки и своего тренинга, и своих знаний, и своих умений.
Но они именно что «касаются» этих задач и проблем, не входят в границы закрытого от постороннего глаза пространства персонального и профессионального психоанализа.
Это информация к переживанию для всех, нечто вроде современной «Психопатологии обыденности».

Сегодня, как вы видите, я не буду, хотя и обещал, рассказывать о том, по чьей воле, почему и за что мы себя ныне персонально и коллективно убиваем. Об этом речь впереди, нужно подождать, пока накал массовой фобийной регрессии спадет и можно будет начать реконструкцию и реставрацию Я-центрированной психики у тех, кто к ней пожелает вернуться. Нужно подождать, пока вы сами не догадаетесь о подлинном смысле происходящего. Ведь лишь тогда вам можно будет помочь принять это понимание, измениться через это принятие и изменить реальность (а точнее – сформировать иную реальность).

А пока что я просто продолжу вчерашнюю метафору. И добавлю в нее третьего агента – государственную политику «борьбы с вирусом», которая проводится в России и в остальном мире примерно одинаково, с небольшой разницей в уровне репрессивности по отношению к населению. Образно говоря, это своего рода антивирусные «защитные» программы, захватившие сегодня тотальную власть над нами с целью воспрепятствовать воле биоэволюционного регулятора, вывести нас из зоны контроля со стороны БСЗ-го и поместить под свой контроль.
Они не регулируют процесс формирования нашего популяционного симбиоза с новым вирусом, который по мнению уже практически всех экспертов (помимо облеченных должностными ограничениями) пришел к нам навсегда и которым мы все должны инфицироваться (поначалу – хотя бы 70 процентов всего населения Земли), чтобы он занял свое место в нашем биоценозе, а в перспективе, судя по всему, добавил свой код в наш геном.
Они «борются» с вирусом, принуждая нас растягивать процесс такого «целевого инфицирования» на столетия, на протяжении которых мы будем находиться под их тотальным и жестким контролем, по своей радикальности превышающем все, что знавала человеческая история. Ведь только вчера, к примеру, Дмитрий Песков пояснил, при каком условии нынешний режим карантинной изоляции может быть облегчен: при условии кардинального снижения количества инфицированных.
Но ведь и при нынешних цифрах целевой порог инфицированности, при достижении которого эпидемия естественным образом угасает (т.е. при принятии в себя вируса 70-ью процентами популяции) в России может быть достигнут не ранее, чем через 500 с лишком лет! Эти цифры следует увеличивать, а не снижать. Причем увеличивать на порядки, если мы хотим хотя бы к осени выйти из этого заточения. Увеличивать, конечно же, осознанно, оберегая по возможности группы повышенного риска. Но не забывая при этом, что люди смертны и смерть с коронавирусом и без коронавируса все равно смерть (даже в самых «пораженных» странах – Италии, Испании и США – статистика смертности не дала скачка по отношению к прошлому году, сколько умирало людей, столько и умирает). И увеличивать количество инфицированных нужно открыто, ибо только это даст людям какую-то перспективу и определенность. Так в той же Германии объявлено специалистами, что при контролируемом росте заболевания постепенно ослабляемый карантин продлится примерно до конца года. В Штатах решено ускорить процесс, но открыто заявлено о сотнях тысяч плановых (!) жертв, смерить которых вирус ускорит. Ускорит по заложенной в нем и в нас программе влечения к смерти, которую мы не в силах изменить.

У нас же все происходит с точностью до наоборот. Целевой задачей, спущенной главам регионов, чиновничьей и силовой вертикалям, является максимальное снижение числа инфицированных и замораживание ситуации. Причем репрессивность контроля будет далее только возрастать, поскольку в ситуации неопределенности неизбежными станут акты персонального и группового неповиновения у людей, менее других поддающихся массовому запугиванию и не перенимающих симптоматики «коронапсихоза».

И потому я скажу так – это не антивирусная программа, это программа маскирующаяся под антивирусник. А на самом деле это фишинговый троян, программно внедрившийся в нас вместе с продуцируемым им и воспроизводимый контролируемыми им СМИ страхом.
Страхом перед жизнью и перед смертью как ее, нашей жизни, единственной не иллюзорной целью.
А какие цели у этой антивирусной программы, тотально теперь контролирующей наши тела и души, я знаю так же четко, как и вы все. Что тут болтать – просто посмотрите в окно…
Единственное оправдание происходящего – удержание нас в подконтрольной изоляции в ожидании вакцины, которая должна появиться во второй половине следующего года. И она должна быть именно отечественной, тут без вариантов… Если вирус к тому времени не мутирует, то вакцинировать нас, т.е. подконтрольно и целенаправленно заражать, станут сами власти, сменив свою нынешнюю пафосную антивирусность на управляемую вирусность. Т.е. они сами станут вирусными агентами, гарантируя (?) при этом абсолютную безопасность заражения для всех.
Но не миф ли это?...

В.К.

ИЗ ЗАПИСОК ВИРУСА-КВАРТИРУСА: ЛЮДИ КАК ВИРУСЫ





Я уже выкладывал вот эту небольшую публикацию в одном из своих комментах к своим же недавним размышлениям о странностях текущей «борьбы с коронавирусом».

https://reminder.media/post/virusnoe-soznanie?fbclid=IwAR39AcWZ9uYkYZxocsOASpKy5NnDxFauCUkoYIDu63aCCq_cRMSwf59Y4XQ

Но особо ее не комментировал, поскольку просто не поверил в прочитанное до конца. Но потом, почитав первоисточники – ряд переводных статей и недавно вышедшую в свет на русском языке книгу Ф.Райана «Таинственный геном человека» – убедился, что это не фейк типа «британские ученые обнаружили».
Все так оно и есть – многопоколенное симбиотическое сосуществование человека с вирусами как безоболочными РНК-программами, не только запускает в нас новые ресурсы эволюционного развития (плацентарную защиту, к примеру, или способность помнить и мыслить), но и необратимо изменяет наш генетический код. Который на сегодняшний день уже на 8 процентов состоит из вирусных фрагментов. И эта тенденция в последнее время ускоряется. Т.е. мы стремительно превращаемся в одушевленные и мыслящие оболочки, реализующие волю вирусных сообществ. Которые, как оказалось, обладают некоей прото-психикой и прото-социальностью. И своей волей, реализуемой ими в совместном и организованном поведении.
И не об их ли совокупном на нас воздействии мы говорим в психоанализе, когда трактуем Бессознательное по Ференци, т.е. как глобальный био-эволюционный регулятор?

Не верите – а давайте присмотримся к сегодняшней ситуации. По воле очередного вируса, который нам предстоит принять в свое тело, научиться с ним сосуществовать и в итоге – ввести в свой геном, мы приостановили производственную, экономическую и социальную активность, замкнувшись в клетках своих жилищ.
Это, как видим, явно уже не человеческое, а уже сугубо вирусное поведение.
Читаем в статье: «Оказалось, что после проникновения в бактерии вирусы заставляли их синтезировать и рассылать по соседним клеткам специальные пептиды. Эти короткие белковые молекулы сигнализировали остальным вирусам об очередном удачном захвате. Когда число сигнальных пептидов (а значит, и захваченных клеток) достигло критического уровня, все вирусы, как по команде, прекратили активное деление и притаились. Если бы не этот обманный маневр, бактерии могли бы организовать коллективный отпор или полностью погибнуть, лишив вирусы возможности паразитировать на них дальше. Вирусы явно решили усыпить бдительность своих жертв и дать им время для восстановления. Пептид, который помог им это сделать, назвали – «арбитриум» («решение»). Дальнейшие исследования показали, что вирусы способны принимать и более сложные решения…».

Нам и ранее подавали такие сигналы о достижении нами "критического уровня заражения планеты" (одна Грета чего стоит, или доклады Римского клуба, или тот же миф о глобальном потеплении): мол все, пора притормозить, наша вирусная экспансия на теле этой планеты уже опасна и для нас самих. Но мы только смеялись, ведь наш ум изощрен и изворотлив; на каждый довод мы найдем кучу контрдоводов, если нам этого захочется. А нам хотелось продолжать эту экспансию, жить в иллюзиях принципа удовольствия, руша на пути своих желаний все преграды и запреты. Не беда, сказало нам Бессознательное, я объясню вам свой приказ не словами, и даже не образами, а напрямую – через тело. И объяснило, тем более что у Него в резерве, в темных пещерах, уже давно ждали своего часа живые контейнеры с такими вот убийственными по уровню убедительности доводами. С третьего раза (SARS, MERS, а сейчас – SARS-2) мы поняли и послушались. И все одномоментно прекратили вирусную экспансию, замкнувшись в квартирах-клетках и затаившись по поры. Дав организму, на котором мы паразитируем, время отдохнуть от нас и восстановиться.

Затаились и превратились в ВИРУСОВ-КВАРТИРУСОВ.

Такое понимание и себя, и происходящего с нами и вокруг нас, позволяет многое понять.
В том числе и загадку динамики смертности от принятия в себя этого вируса, желающего ведь нам не то чтобы добра (в нашем понимании последнего), но явно позитивного эволюционного изменения.
И абсолютно не желающего нас убивать.
Это мы сами себя убиваем…
Почему и за что – в следующем материале.

ПСИХОАНАЛИЗ ПОПРАВОК К КОНСТИТУЦИИ – РЕБЕНОК КАК БАЗОВАЯ ПРОЕКЦИЯ



Услышав вчера первую фразу телевизионной презентации пакета поправок к Конституции РФ: «Дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России», я даже не удивился столь явной синхронии со своими размышлениями о стремительно нарастающей пандемии социокультурного доминирования детей над взрослыми и стариками.

Не удивился, но задумался… Избиратели ЕдРа – это явно не дети и даже не молодежь. История с вирусом, который в масштабах, заметным образом превышающих обыденно-гриппозные, убивает только людей возраста 65+ (остальные возрастные группы страдают от нового короновируса даже менее, чем от гриппа, а дети – вообще не страдают), показывает, что ради замедления распространения угрожающей старикам инфекции, мы готовы разрушить весь мировой социальный уклад и всю мировую экономику. И вдруг такая конституционная новелла – дети суть приоритетный объект госполитики… Откуда такая новация? Чей голос мы тут слышим? И что это значит практически? Ведь Конституция – это основной Закон, определяющий базовые правила нашей жизни в России на долгие годы…

В совокупности принимаемых ныне дополнений к основному Закону страны мы можем увидеть то, чего так долго не могли распознать ранее. А именно – идеологические воззрения нынешней правящей элиты, которая пришла на смену советской номенклатуре и деятелям переходного периода эпохи 90-х. И пришла в ее понимании – навсегда, до следующей и дай Бог не скорой революционной катастрофы. Решив это для себя и поняв, что иного выхода у них просто нет – придется жить здесь и здесь поколенченски править, эта элита явным образом созрела для идейной консолидации.  Ситуация тотального и многогранного кризиса, бросающего на них мессианские отблески «спасителей Отечества», позволила им сегодня проговорить и конституционально закрепить эту идеологию, как оказалось - простую и внятную, которая ранее пряталась где-то в тени многоумных фантазий Суркова о «суверенной демократии для глубинного народа» и неприхотливых фантазий Вайно о «нооскопе» как современном «Золотом Петушке», позволяющем «править, лежа не боку», т.е. в позиции наистабильнейшей стабильности.

Но задумался я, опять же, не об этом. С самой этой идеологией гражданам России теперь жить долго, многим – пожизненно, так что можно будет неспешно ее анализировать при наличии соответствующего досуга. Властного запроса на такую работу явным образом не предвидится, ведь в дальнейшем эти поправки, после из закрепления в «теле» Конституции, будут работать в прямо противоположном аналитической процедуре режиме. Они наполнят новым содержанием социальное Супер-Эго, модифицируют Я-Идеал, нормативно закрепят набор коллективных иллюзий, привязанных к историческим травмам. Т.е. начнут работать как бы «всерху вниз», постепенно формируя ИД и ЭГО нашей коллективной психодинамики (в поправках эти инстанции российского коллективного бессознательного обозначены как «память предков» и «память защитников Отечества» соответственно).

Вся эта работа рассчитана на поколения, так что это «лакомство» - психоанализ российской Конституции как проекции потаенных желаний, фантазий и комплексов «вершинного народа», пожелавших подогнать под эти желания, фантазии и комплексы коллективную психику «глубинного народа» - мы будем еще долго «смаковать». Т.е. анализировать психодинамику внедрения предложенных идеологических новаций в сферу российского социального бессознательного, их взаимодействия с тремя и без того конфликтующими друг с другом компонентами российского «национального психотипа»: традиционной имперской русскостью, пока еще базовым советским типом жертвенной ментальности и недавно подхваченными в режиме «идентификации с агрессором» протестными прозападными иллюзиями.
Сегодня же я лишь слегка отведаю самый лакомый для психоаналитика кусочек этого материала – вновь образуемую Статью 67прим…
Это Статья в пакете конституционных поправок является одной из самых главных с точки зрения решаемой ею задачи – закрепления в основном Законе принципов новой идеологии. Она устанавливает правила «преемственности», т.е. структурирует коллективную память «россиян» имплантируемой в нее нормативной идеологической конструкцией. Она говорит о «преемственности» по отношению к наследию СССР (п.1); о «преемственности» по отношению к памяти предков, передавших нам идеалы и веру в Бога (п.2); о «преемственности» тысячелетней истории развития российского государства и его единства (там же); о «преемственности» по отношению к памяти защитников Отечества и привязанной к этой памяти исторической правде, центрированной задачей защиты Отечества (п.3).
Тут, как видите, мы видим много «вкусного» для любого психоаналитика, поскольку столь идеологически важные новации, вносимые в Конституцию, выстраиваются не перспективно, а ретроспективно, в режиме «анамнезиса», припоминания вытесненного, в режиме провокативной регрессии и подключения к национальному типу бессознательного как «памяти предков», от имени которой говорят власть предержащие. У нас по-прежнему нет общенациональной цели (т.н. «национальной идеи»), а идеалы нашего существования заимствуются исключительно из этой «памяти предков». А любого рода манипуляции с памятью (с особым акцентов на память травматическую, военную, и на защитные ресурсы коллективного ЭГО, названного в Конституции «памятью защитников Отечества»), как правило носящие симптоматический характер, являются поводом для именно психоаналитических интерпретаций.
Кстати, наиболее близким по отношению к этим поправкам, к их целям и к средствам достижения этих целей, является книга Фрейда о Моисее…
В этой связи обращает на себя внимание реализуемое в поправках конституционное закрепление нашей принадлежности к патриархальной (отцовской) архетипике, к миру универсального Бога-Отца, к миру Царя, несменяемого помимо его собственной воли, и к миру Отечества, т.е. культурообразующего отцовства, нуждающегося в перманентной защите, включая защиту памяти об этой защите и защиту защиты этой памяти).
Характерно, что в этой конструкции не нашлось места для Родины-Матери, единственное упоминание которой в Преамбуле Конституции носит исключительно патерналистский характер: за Родину мы «несем ответственность», не более того. Те. она сама за себя не отвечает, не является чем-то суверенным, в отличие от Отечества, воля которого первична, поскольку по отношению к нему все мы стоим в позиции «долга и обязанности» (Статья 59). Хотя и тут есть интересный материал для анализа, поскольку ответственность за Родину мы несем «перед нынешним и будущими поколениями», т.е. странным образом выступая в роли столь часто поминаемых в поправках «предков», проективно идентифицируясь в ними.
Интересно и требует отдельного анализа желание авторов поправок уточнить в новой статье формулировку из Преамбулы Конституции о «сохранении» исторически сложившегося в России государственного единства. Теперь мы это единство лишь «признаем», оценивая его в контексте преемственности с тысячелетней историей развития Российского государства (т.е. с историей построения империи и ее расширения). И это не иной набор слов, это – принципиальная разница.
Интересна также замена по отношению к Преамбуле действующей конституции «почитания» памяти предков (чтить ныне предписано только память защитников Отечества) на «сохранение» этой памяти. Причем содержание этой памяти предков меняется весьма кардинально (такое впечатление, что в 1993 году у нас были совершенно другие предки). Если в действующей конституции предки передавали нам «любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость», то ныне они передают нам «идеалы и веру в Бога». Сама же замена «почитания» памяти предков на ее «сохранение» также весьма информативна. Она свидетельствует о желании российской элиты десакрализировать сферу идеологии, возродить ее, передав не сословию «жрецов», организующих мистический культ «почитания», а сословию чиновников как ее хранителей и контролеров ее сохранности. Именно в этом пункте власти не сошлись с теми «мистиками путинизма» (от Дугина до Суркова), которые настаивали на жреческой сакральности новой идеологии. Победила иная тенденция – к «путинизму» прагматическому, черпающему из «памяти предков» необходимые ресурсы, но не формирующего из этой процедуры культового ритуала.
Интересен и сам призыв (а теперь уже – конституционная обязанность государства) «чтить память защитников Отечества». Т.е. чтить не самих защитников, и не память о них, а именно – их собственную память о полученной травме, персональную и групповую. Кстати, такая позиция прямо противоположна психоаналитической: чтить чью-то память, априорно объявленную «исторической правдой», и не допускать любого ее «умаления», любой ее девальвации. И попробуй тут скажи, что любого рода актуальная память, производная от травматического переживания, есть защитный реактивный фантазм.
Ну да ладно, я не об этом хотел сегодня написать…

Так о чем же тогда?
Дело в том, что это еще не все. У новой – идеологической – Статьи 671 есть еще и 4 пункт, как раз и начинающийся процитированной мною выше фразой: «Дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России».
И вот тут обостренное психоаналитическое чутье позволяет нам увидеть явную фальшь. Что-то тут не то, не вяжется этот приоритет Ребенка с архаикой «Бога, Царя и Отечества». Детство – это как раз что-то из сферы ответственности Матери-Родины, так решительно выведенной из статуса объекта защиты. Для Отечества же, т.е. для мира патриархального доминирования, такая позиция не типична.
Посмотрел – и точно не типична. В изначальном пакете поправок, выражающих прагматику «патриархального путинизма», этот пункт начинался совершенно иначе: «дети являются важнейшим достоянием Российской Федерации». Вот это да, это – по нашему! В соответствии с традиционным для патриархальной архаики «комплексом Кроноса» дети в конституционных поправках были прописаны в статусе возобновляемого ресурса и определены как «важнейшее достояние» их Отечества, т.е. самая ценная его собственность.
Это логичный «ценностный ориентир» той «ресурсораспределяющей» (редистрибутивной) государственности, которую мы вокруг себя выстраивали со времен «призвания варягов». И которая с абсолютной точностью соответствует тем идеалам служения Отечеству, которые передает нам подкорректированная поправками «память предков». В прямом соответствии с духом патриархальной авраамической традиции.
И тем не менее Павел Крашенинников – председатель комитета Госдумы по госстроительству и законодательству, решил, что эта излишне откровенная и, как он выразился, «не очень удачная» формулировка, должна быть подкорректирована. И внес предложение, от которого никто не смог отказаться – заменить конституционный статут российских детей с «важнейшего достояния» государства на «важнейший приоритет» его политики. Что, по его мнению, «отражает базовые ценности нашего общества».
Для тех кто не понял, поясняю. В соответствии с 7 Статьей действующей Конституции, которую, как и весь ее первый раздел, никто пока не меняет, Россия является социальным государством. В котором «охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты».
Так вот, в условиях наметившегося сегодня и на обозримую перспективу дефицита ресурсов, направляемых в социальную сферу (уменьшение бюджетных доходов, увеличение расходов на оборону и на обеспечение правопорядка, грядущая борьба с короновирусом, неизбежно порождающая обвал ВВП, и т.д.), дети обозначены в Конституции как приоритетная сфера государственной социальной политики. Приоритетная по отношению ко всему остальному, в том числе к инвалидам и пожилым гражданам. Именно дети, к примеру, а именно – их наличие и их число, обусловливают государственную поддержку семьи в силу конституционально закрепляемого «приоритета семейного воспитания» Ребенка. Но любого рода сомнения, как мы знаем, уполномоченных государством «органов опеки» по поводу качества такого воспитания, приводит к изъятию Ребенка из семьи и передачу его в государственное воспитательное учреждение. Т.е. приоритет Ребенка выше приоритета семьи, семья – это всего лишь более или менее качественная оболочка, предназначенная для его воспитания.
Так что Ребенок – это все-таки важнейший государственный ресурс, важнейшее достояние Российской Федерации, как это было заявлено в первоначальном варианте соответствующего дополнения Конституции. Государство как его «первородный опекун» доверяет семье его воспитание, осуществляя этому семейному воспитанию социальную поддержку. Но при этом, как и положено опекуну, жестко контролирует условия выращивания опекаемого им своего базового ресурса, а при недостаточном попечении само, в соответствии со все тем же п.4 статьи  поправок к Конституции, «берет на себя обязанности родителей».

Такого у нас в России не бывало никогда. И почитанием памяти предков подобного рода извращения в системе «ювенальной политики» не оправдаешь: такие ценности и идеалы предки нам не передавали.
Вывод тут (сугубо предварительный, но профессионально неоспоримый) очень прост: вводная новелла о Ребенке как приоритетном сосредоточении государственной политики, причем явно не только социальной, не имеет никакого отношения к либеральным концепциям «особых прав ребенка», породившим в ряде стран тиранию «ювенальной юстиции». Истолкование этого 4 пункта новой Статьи, вводимой в российскую Конституцию под номером 671, должно быть исключительно символическим.
И тогда все встает на свои места: в этом «детском» пункте идеологической главы конституционально закрепляется базовый принцип патернализма, т.е. разделение регулируемого основным Законом сообщества на сословия Родителей и Детей, Опекунов и Опекаемых. Родительскую роль государство либо делегирует, формируя демократические иллюзии и иллюзии «семейной» самоорганизации, либо исполняет непосредственно (там, где качественное «попечение» отсутствует).
Вы скажете, что такое толкование не является юридическим, что данная статья сугубо предметна и в данном своем разделе обобщает реальный опыт государственной политики в отношении сферы защиты детства. Не спорю – сам юрист по одному из своих образований.
Но мы говорим тут о психоанализе поправок к Конституции, т.е. обо всем том, что в их текст было заложено неосознаваемо, что неявно выразило глубинные желания и установки нынешней элиты, которая, как я уже сказал, обозначила свое стремление сформироваться наконец-то в правящее, т.е. родительское, сословие. И сформироваться в духе «памяти предков», в формате патриархальной архаики, без оглядок на инокультурные стандарты (оглядки на которые больше не приносят никаких дивидендов).
И обозначила российская элита это свое стремление как прагматически, так и символически… С первым будет иметь дело Конституционный суд. А вот второй аспект виден и понятен только психоаналитикам. Так что нам им и заниматься…

ДЕНЬ ПОБЕДЫ … РИТУАЛ ОТЫГРАН, НО ВОПРОСЫ ОСТАЛИСЬ



Ну вот, мы снова пережили всплеск массового аффекта, вызванного символическим раздражением нашего общего и основного на сегодняшний день (и на обозримую перспективу) «массобразующего комплекса», в основе которого лежит наша базовая коллективная травма.
Травма опыта Великой отечественной войны.

Все мы – патриоты и космополиты, либералы и государственники, консерваторы и модернисты – вчера были во власти симптоматических проявлений этой нашей общей травмы, в очередной раз оттестировав динамику ее актуализации.
И все мы, даже натасканные на нейтральность профессионалы-аналитики, были вовлечены в этот водоворот страстей. Какую бы позицию мы по отношению к Победе не занимали (в диапазоне от благоговейного принятия этого массового симптомокомплекса, растворения в нем, через всевдонейтральную его интеллектуализацию – к яростному сопротивлению ему и упорному его обесцениванию), мы в любом случае не были от него свободны. И никогда уже, судя по всему, свободны от него не будем.
Силы, собирающие людей в миллионные массы, практически неодолимы и всемогущи по отношению к психике отдельного человека. Особенно – на пике своего могущества, т.е. в пределах сформированной для их актуализации символики и адекватного им ритуала, отыгрывающего пробуждаемые ими аффекты и фантазменные проекции.
Даже сам Фрейд не мог противоборствовать этим силам и со смесью стыда и исследовательского интереса вспоминал, как сам он в 1914 году в день объявления войны шел в толпе, выкрикивая вместе со всеми «Бог покарай Англию!». В своей первой послевоенной он, как мы помним, описал природу массообразования и четко противопоставил друг другу «массовую психологию МЫ» и «психологию человеческого Я». И показал уязвимость этого Я, его беспомощность перед лицом сил, производных от архаических ресурсов массовой психики (включая ее, этой психики, неосознаваемое основание, так подробно изучаемое юнгианской школой глубинной психологии).

Вчера мы снова видели эту массовую силу в действии, ощутили на себе ее влияние (неважно, повторяю, сопротивлялись мы ей при этом или же сливались с нею), оценили динамику изменения природы и эффективности ее воздействия на нас.
Волна прошла… Можно начинать столь важную для российского психоанализа работу по классификации и исследованию следов ее прохождения. Тут ведь мы соприкоснулись практически со всеми базовыми контейнерами отечественного типа БСЗ-го: и с коллективным мифом, формирующим специфику нашей идертичности, и с базовым аффектом, оживляющим этот миф в каждом из нас, и с проективными архетипическими образами, фиксирующими этот аффект, и с символическими отношениями, привязывающими эти аффективно переживаемые мифогенные проекции к миру нашего обыденного опыта.
Я давно веду такую работу, изучая глубинную природу отечественных праздников в рамках исследовательского проекта «Russian Imago». Не так давно, по-моему – в марте, я даже публиковал здесь отрывок из этого исследования.
То, что я занимаюсь этой проблемой, думаю, заметно по моей провокативной активности в предпраздничные и праздничные дни. Ведь для исследования мне явным образом недостаточно самоанализа, интроспективного погружения в символику и мифологию той или иной «ритуализированной праздности». Мне нужны еще и реакции других людей, принужденных регрессивной природой празднования к генерированию проекций и контрпроекций. Которые, в свою очередь, они не могут не переживать как нечто необычное. И не могут не проговаривать эти переживания (в той же, скажем, сетевой коммуникации).
Занимаюсь я ею давно и не тороплюсь с публикацией результата. Это ведь своего рода «лонгитюд», отслеживание динамики которого позволяет не просто что-то понять о нам с вами, живущими здесь и сейчас, но и подсветить историческую перспективу, сделав обозримыми обычно не замечаемые признаки происходящих с нами изменений.

Но одному такая работа явно не под силу. И поэтому я призываю коллег к участию в ней.
Это, кстати, и есть тот самый прикладной психоанализ, о котором так много говорят, но которым практически никто не занимается. А точнее – это и есть его концептуальное основание, выявляемое в ходе исследовательского описания и анализа конкретного типа коллективной неосознаваемой психодинамики, отслеживаемой в наиболее важных и характерных ее проявлениях.
И потому я буду время от времени задавать вам, коллеги, те вопросы, на которые у меня нет своих ответов. А поскольку последнему трудно поверить, перефразирую это так – в ответах на которые я опираюсь только на собственную интуицию. И хотел бы ее хоть с чем-то сверить.

Вот, для начала, три вопроса, которые я задам вам сегодня:

1. ПОЧЕМУ ДЕНЬ ПОБЕДЫ ТАК НЕКРОФИЛИЧЕН?
Изначально, с 1967 года, когда этот день снова стал праздничным, речь шла не о благодарности победителям – живым ветеранам, а о чествовании павших, число которых постоянно нарастало. О них читали стихи, о них пели песни, вокруг их символической могилы проходил основной памятный ритуал, внешне напоминающий торжественное поминовение покойника.
Даже «Бессмертный полк», возникший как акция памяти о ветеранах, быстро трансформировался в мистерию идентификации с мертвецами и как бы похода живых мертвецов. Так уже сложились свои табу на живых ветеранов. Приведу простой пример: вчера мы всей семьей поздравляли с Днем Победы отца Ирины, моей жены, 94-летнего ветерана Михаила Михайловича Почекайлова, узника нацистских лагерей, участника войны. А потом часть родственников отправилась на марш «Бессмертного полка». И на мой вопрос – а какой портрет Михалыча вы пойдете? – я неожиданно услышал такой вот ответ: живых ветеранов нельзя носить, мы носим только мертвых…
Даже наши властители, организующие победный миф своими речами, уже не замечают того, что описывают мир фантомов, живых мертвецов. Вот, к примеру, недавние слова Александра Беглова: «В каждой семье есть свой герой. И некоторые из этих героев сегодня сидят среди нас. Это те, кто ради нас и ради Родины пожертвовали своими жизнями, и через эту жертву подарил жизнь и нам».
Как это можно проинтерпретировать?

2. КТО МЫ - ГЕРОИ ПОБЕДНОГО МИФА? И КАКИЕ МЫ?
Мы знаем и частно об этом говорим, что основу русской коллективной ментальности («русскости») во всеми ее особенностями заложила травма отмены крепостного права, травма отцовской нелюбви, его отказа заботиться и опекать…
Основу советской коллективной ментальности со всеми ее особенностями заложила травма революции, травма отцеубийства…
А вот что формирует в нас в очередной раз отыгранная военная травма, со столь яростно нарастающей динамикой актуализирующаяся в режиме массового потстравматического транспоколенного расстройства?
Какие качества, какой менталитет, какую массовую психику, какое будущее?

3. ПОЧЕМУ (И ГЛАВНОЕ - ЗАЧЕМ) СТАЛИН ОТМЕНИЛ ДЕНЬ ПОБЕДЫ?
Ведь он был великим мифотворцем (один «ленинизм» чего стоил!), профессионально подготовленным священнослужителем, по особенностям подходов к управлению массой – своего рода «стихийный юнгианец».
Он что – не понимал, что жертвенный «революционный миф» исчерпал себя в мясорубке предвоенных репрессий и военной жертвенности? И что война как сверхтравма дает возможность построения нового, живого и актуального мифа, отыгрывающего небывалый ранее уровень коллективного травматизма?
И почему Брежневу-Черненко-Андропову-Горбачеву активно формируемый и усиливаемый ими «победный миф» не дал того мощного идеологического ресурса, которым он буквально сочится сегодня?
И почему именно сегодня, когда после Победы прошло уже три четверти века, этот миф так резко оживает и оживляет вокруг себя столь жизнеспособную идеологию?

Такие вот вопросы у меня к вам, коллеги.
Ну а если у вас тоже есть вопросы ко мне – задавайте, я отвечу.

Copyright © Медведев В.А. 2019 Все права защищены

АПОЛОГИЯ ПОБЕДЫ: АБСОЛЮТНОЕ ЗЛО КАК СТИМУЛ ОСТАВАТЬСЯ ЛЮДЬМИ



Сегодня весь мир начинает празднование Дня победы над абсолютным Злом, победы во Второй мировой войне, подобной которой еще никогда не было в истории человечества.
За долгие годы этой войны были побеждены и повержены два самых ужасных демона, которые в кризисные эпохи (вроде той, кстати, которую мы и сегодня переживаем) вылезают из глубин и подчиняют своей воле людей, подавляя их Я и принуждая их в массе и по отдельности к немыслимым зверствам.
Это демон нацизма, ставящий одну нацию, ее язык, ее историю, ее культуру, выше всех остальных и разрешающий их, этих остальных, обесценивать, лишать их права быть людьми, отнимать у них все – от имущества до жизни. Дарующий радость господства над другим только потому, что он не такой как ты.
И это демон милитаризма, когда мерилом отношений между людьми и народами становится сила, возможность убивать, насиловать, принуждать к подчинению. Он тоже дарует радость одержимым им нелюдям – радость господства над другим только потому, что ты сильнее и можешь убить его в любой момент.

Мы и наши союзники воевали не с немцами и не с японцами, мы воевали даже не с людьми, а с существами, одержимыми нечистой силой, демонами Зла в его абсолютном выражении. Ведь люди не строят фабрик смерти, куда жертвы привозятся эшелонами на тотальное уничтожение, люди не травят газом других людей, отправив их помыться, не топят ими печи, не заражают их болезнями, наблюдая за их мучительной смертью, не используют их как источник крови и органов, не превращают их в ледяные статуи на морозе, не «утилизируют» их трупы в целях развития «народного хозяйства», и пр.
Мы воевали не с людьми, а с одержимыми Злом психопатами. Ведь в этой армии Зла против нас, людей, шли нелюди, которые примкнули к ней со всего мира. Помимо регулярных армий Германии, Японии, Италии, Финляндии, Румынии, Болгарии, Венгрии, с нами и нашими союзниками воевали испанские добровольцы, а также -  национальные эсэсовские соединения французов и британцев, голландцев и бельгийцев, чехов и хорватов, шведов, датчан и норвежцев, арабов и индусов, латышей и эстонцев, татар и кавказцев, даже – украинцев и белорусов, не говоря уже о сотне тысяч казаков-эсэсовцев и о русской армии Власова. Это в основном были добровольцы, сражавшиеся на стороне демонов абсолютного Зла рабостно (отличная описка – не стану исправлять) и самоотверженно. Даже тогда, когда в чисто военном плане можно было бы и уступить. К примеру, захватив Рейхстаг в последний день войны советские солдаты увидели, что защищали его сводное подразделение остатков французской дивизии СС «Шарлемань» и два шведских батальона СС. Такие дела…

 И мы, люди разных стран, разных культур, разных социальных систем, ставшие союзниками в этой войне Добра против Зла, Жизни против Смерти, победили эту нечисть. Принудили нацистов к денацификации, а милитаристов – к демилитаризации. Загнали этих страшных демонов в ад и прижгли то место, где они резвились (наши американские союзники прижгли даже с перебором, но зато качественно и надолго; демон европейского нацизма поднимает порою свою белобрысую голову, а вот демон японского милитаризма лежит пока что бездыханным).

И вот сегодня мы в очередной раз начинаем праздновать эту нашу общую победу… Победу в войне с абсолютным Злом, победу не имевшую прецедентов. И мы все искренне надеемся, что больше таких побед нам не понадобится.

А если понадобится? Сколько гадости и насмешек мы слышим сегодня в ответ на простую мысль: если понадобится, мы обязаны этот подвиг повторить. Если абсолютное Зло воинствующего нацизма снова возродится, убив в своих носителях душу, превратив их в фашиствующую массу, и попробует силой взять реванш (а отголоски этого реванша мы слышим сегодня все чаще), мы должны будем повторить то, что сделали победители во Второй мировой. Надеюсь – снова с союзниками. Повторить, чего бы нам это ни стоило. Официальные цифры потерь в той священной войне постоянно растут и сегодня нам предъявляют уже 41 миллион погибших солдат и мирных жителей только в нашей стране. Предъявляют и говорят: вы что – ЭТО хотите повторить, идиоты? А у нас будет выбор? Нет не будет, как его не было и у наших отцов и дедов. Тут либо – либо. То, что они воевали с нечистью явствует хотя бы из того факта, что на оккупированных силами Зла территориях – в СССР, в Китае – погибло намного больше людей, чем на фронтах. Они просто методически убивали, став воплощением Смерти. И какие жертвы могут отвратить от готовности борьбы с ЭТИМ?
Мы ведь празднуем сегодня годовщину победы не только с радостью и не только со слезами. Празднуем мы ее еще и в режиме механизма Эго-защиты, т.е. травматического напоминания себе о том, во имя чего мы понесли столь огромные потери. Напоминания - как дорого все мы заплатили за этот подвиг усмирения абсолютного Зла, мерзкой заразы, которая делает человека оборотнем-людоедом. Да, мы очень дорого за это заплатили и нет такой семьи, где война не унесла близких, не сломала судьбы. Особенно здесь – в Питере/Ленинграде. И в моей семье есть звенящая пустота потерь – отец моего отца – Гаврила Медведев – не вернулся с войны, маленькая девочка – Ирма Маалинен – умерла от голода в блокаду, так и не став моей теткой.
Но мы все равно празднуем все это, празднуем, преодолевая мучительную боль, празднуем в режиме прививки, предостережения всех (в том числе и себя) от любого потворства демонам нацизма и милитаризма. Предостережения любым попыткам одних людей возвысить себя над другими только потому, что они говорят на ином языке и иначе молятся иным богам, попыткам диктовать другим людям и народам свою волю на основании военной силы и возможности (плавно переходящей в желание) их безнаказанно убивать.
В этот день мы как обычно выбираем, по какую сторону линии фронта борьбы со Злом мы встаем – мы либо против него, либо мы его принимаем как своего господина и верно ему служим, лишая себя чести называться людьми. Тут нет третьего пути, ведь тыла в этой войне не бывает.

С Праздником вас, друзья! С очередным тестированием нашего неприятия абсолютного Зла…

P.S. Тем же моим читателям, которые воскликнут, прочитав или даже недочитав этот мой текст, воскликнут: ой, да ты брат страдаешь «победобесием», хвалишь торжество Сталина над Гитлером, одного тирана и убийцы над другим, я отвечу так. Добро, друзья, никогда не бывает с кулаками и война – это всегда зло, кто бы ее ни вел и какие цели бы ни преследовал. Но по сравнению с Абсолютным Злом любое иное, с ним сражающееся, приобретает статус Добра.
Тут есть приоритеты и потому ветераны эсэсовских частей или ветераны РОА – это нечисть, это люди, зараженные вирусом нацизма и подавившие в себе людоедские его симптомы только потому, что они проиграли, потому, что жертвенная сила противоборствующих им людей переломила динамику их служения абсолютному Злу. А ветераны «антигитлеровской коалиции», даже если многие из них поднимались в атаку с криком «За Родину, за Сталина!» и бережно хранили в наградных шкатулках «благодарности Верховного главнокомандующего», не могут даже мысленно быть поставлены с этой нечистью рядом в общем ветеранском ряду. Они – победители абсолютного Зла, а их выжившие враги – его, этого Зла, активные прислужники. Почувствуйте, как говорится, разницу…
Чтобы понять и принять эти приоритеты, перестав винить Победу в «реабилитации и усилении сталинского режима», достаточно ответить на вопрос: есть разница, скажем, между преследованиями «безродных космополитов», вызвавшем в СССР волну антисемитизма, и «окончательным решением еврейского вопроса»?
Со злом в человеческом обличье, живущим и поныне во многих из нас, с той же агрессивностью и антисемитизмом, надо бороться не покладая рук. Но нечеловеческое и абсолютное Зло можно только уничтожать, каждый раз в годовщину победы над ним оглядываясь вокруг и спрашивая себя: а не поднимает ли оно вновь голову под предлогом девальвации этой победы, а то и – насмешек над нею.

P.P.S. Многие авторы, несомненно уважаемые и с безупречной репутацией, высказывают ныне мысли о том, что в годовщины победы, в эти «праздники со слезами на глазах», нужно тихо чтить память жертв, а не торжествовать и не радоваться. А одно другому не мешает. Да, ветераны, какими мы их помним, наши отцы и деды, не любили вспоминать войну. И это понятно – навязчивое воспоминание о войне, о ситуации умирания и убийства, об опыте нечеловеческого страдания, есть мучительное проявление посттравматического синдрома, ничего радостного в нем нет.
Но говорить о том, что победа над абсолютным Злом – это не повод для радости, что «сталинским ордам» следует стыдиться своего подвига и каяться за содеянное, борцы с «победобесием» могут сегодня себе позволить только потому, что девяносто-с-лишним-летние ветераны просто физически не в силах дать за такое по морде… А их внуки толерантно терпят, отвечая лишь одним – выходом на улицы и площади в составе «Бессмертного полка». В составе воинства сил, демонстрирующих свое противостояние побежденному 74 года тому назад Злу.

Copyright © Медведев В.А. 2019 Все права защищены